Омбудсмен о поиске пропавших на СВО в Свердловской области

В 2025 году уполномоченный по правам человека в Свердловской области Татьяна Мерзлякова рассмотрела свыше 16 тысяч обращений, связанных с военнослужащими. Более половины из них, 57%, касались розыска бойцов, пропавших без вести.

По сравнению с 2024 годом общее количество вопросов по теме спецоперации возросло почти на четверть. При этом обращения относительно военнопленных стали поступать в два раза реже.

«Самое тяжелое для семей участников спецоперации — узнать, что их боец пропал без вести. Для них за этой официальной формулировкой скрываются тревожные слова, полные неведения и ставящие жизнь в режим ожидания. Эта тема остается одним из наиболее острых вопросов, решение которого требует времени и правильных действий», — отметила омбудсмен.

Специалисты аппарата уполномоченного помогают родственникам выяснить детали исчезновения военнослужащих, направляют запросы в воинские части и органы управления, а также консультируют семьи о дальнейших шагах.

В прошлом году Татьяна Мерзлякова совместно с заместителем губернатора Василием Козловым проводила регулярные приёмы семей пропавших и погибших военных. Встречи организовывались дважды в месяц в разных городах и посёлках области. Чаще всего родные жаловались на отсутствие ответов от воинских частей на их запросы.

Всего за 2025 год за помощью в розыске обратились более 500 семей. Для решения этих вопросов омбудсмен взаимодействовала с командованием Центрального военного округа, военными прокурорами и следователями.

«Благодаря тесному взаимодействию с представителями военного управления удавалось оперативно получать сведения о судьбе участников спецоперации, длительное время не выходящих на связь, в том числе из 522-го Центра приема, обработки и отправки погибших в Ростове-на-Дону», — добавила Татьяна Мерзлякова.

Омбудсмен также высказала предложение о необходимости забора образцов биоматериала для ДНК-анализа перед заключением контракта. Это упростит идентификацию в случае гибели военнослужащего.

Отдельным сложным направлением стала работа с военнопленными. В 2025 году количество освобождённых уральских бойцов увеличилось в 2,2 раза: на родину вернулись 69 человек против 26 в 2024 году.

«При работе с обращениями по военнопленным важно понимать, что одних предположений о нахождении близкого человека в руках украинской стороны недостаточно для начала официальных процедур. Чтобы подтвердить этот факт, нужны хотя бы косвенные основания. Часто родственники самостоятельно обнаруживают соответствующие видео или фотоматериалы в интернете. Также семьям приходят официальные извещения от Минобороны России или письма от Международного комитета Красного Креста», — объяснила Татьяна Мерзлякова.

После подтверждения факта нахождения в плену свердловский омбудсмен направляет обращение федеральному уполномоченному для включения военнослужащего в список на обмен. Этот процесс, как и поиск пропавших, требует значительного времени.

Ещё одной серьёзной проблемой стали случаи необоснованного присвоения военнослужащим статуса самовольно оставивших часть (СОЧ).

«В этом году пришлось разбираться с многочисленными случаями, когда бойцы без достаточных на то оснований объявлялись самовольно оставившими воинские части (СОЧ). В подобных ситуациях речь идет не только о восстановлении доброго имени, но и о возобновлении утраченной материальной поддержки родственников военнослужащих. Заявители указывали в своих обращениях, что их близкие пропали при выполнении воинского долга, а им присваивается статус СОЧ. Следовательно, прекращаются положенные выплаты семье и детям. Родные находятся в недоумении: как это муж, сын, брат или отец могут быть в бегах, если, по сведениям командиров, они уходили на боевое задание?» — объяснила омбудсмен.

За прошлый год поступили сотни обращений о снятии статуса дезертира. Всего статус СОЧ был присвоен 1348 военнослужащим. Его удалось изменить для 929 человек, при этом 22 бойца действительно оказались дезертирами. Большинство из них были разысканы и возвращены в свои части.